Подходит ли нынешняя экономическая ситуация для инвестирования?
Результаты ежегодного исследования промышленности Swedbank показывают, что, несмотря на слабую экономическую ситуацию, промышленные предприятия Эстонии строят планы роста. 68% компаний, участвовавших в исследовании, ожидают роста выручки в этом году, а 55% планируют увеличить инвестиции. Это говорит о том, что вместо ожидания лучших времён промышленность готовится к следующему циклу роста. Но поддерживает ли эти планы более широкая экономическая среда, или момент истины ещё впереди?
За последние три-четыре года в экономике Эстонии был лишь короткий период роста. В 2025 году валовой внутренний продукт (ВВП) в постоянных ценах всё ещё был на 3,5% ниже, чем в 2021 году. При этом в повседневной жизни этот спад был не слишком заметен: торговые центры по-прежнему полны посетителей, самолёты летают с заполненными рядами, а потребление в розничной торговле выше, чем в 2019 году, то есть до того периода, когда показатели этого сектора изменились из-за ограничений во время пандемии.
Причина в том, что большую часть экономического давления взяли на себя компании. Они сохранили сотрудников, удержали уровень зарплат и согласились на более низкую прибыль. Иными словами, спад в экономике проявился прежде всего в давлении на рентабельность бизнеса, а не в резком ухудшении занятости или снижении доходов населения.
Однако сейчас ситуация снова начинает меняться. Рост цен на энергию, ожидания более высоких процентных ставок и всё ещё слабый экономический рост в Европе поднимают вопрос: не самые ли сложные времена для экономики региона ещё впереди? С другой стороны, можно посмотреть на это и иначе: может быть, именно в такой ситуации появляются лучшие возможности для инвестиций? И под инвестициями я имею в виду строительство новых зданий и сооружений, покупку оборудования для выпуска новых продуктов и так далее, а не смену владельцев уже существующих активов. Когда всем непросто, конкуренция за ресурсы, необходимые для инвестиций, ниже, а цены более выгодные.
Цены на энергию как дополнительный налог для экономики
Сейчас невозможно обойти тему цен на энергию. Цена на природный газ, которая ещё в начале года была около 30 евро за мегаватт-час, поднялась примерно до 50 евро. Цена на нефть колебалась в очень широком диапазоне, и это затрудняет прогнозы относительно средних цен в этом году. При этом именно стоимость энергии для многих промышленных предприятий определяет разницу между прибылью и убытком, ведь прибыль можно было бы направить на инвестиции.
Если цена на нефть поднимается с 60 до 110 долларов за баррель, как это произошло во время нынешнего кризиса, для Эстонии это означает дополнительные расходы примерно в 400 миллионов евро в год. То есть за тот же товар страна платит примерно на 1% годового ВВП больше. Поскольку большая часть энергии импортируется, эти деньги уходят из страны. Но ситуация не совсем однозначная. В Эстонии есть и компании, для которых рост цен на энергию означает дополнительный доход. Например, производители сланцевого масла экспортируют объёмы, сопоставимые с общим объёмом нефтепродуктов, потребляемых на автозаправках. Иными словами, в каждом кризисе есть свои победители. Но для многих домохозяйств и компаний рост цен на энергию всё же становится своего рода дополнительным налогом.
На фоне роста цен на энергию ускоряется и инфляция в еврозоне. Пока нельзя с уверенностью сказать, что центральный банк отреагирует повышением процентных ставок, но рынки уже частично учитывают этот риск. Центральный банк внимательно следит за базовой инфляцией, то есть ростом цен без учёта энергии и продуктов питания, которая до сих пор оставалась относительно стабильной. Это означает, что цены на энергию подталкивают общую инфляцию вверх, но широкое ценовое давление не ускоряется такими же темпами.
Шестимесячный Euribor поднялся примерно до 2,6%, и рынок допускает, что до конца года он может вырасти до 3%. Сам по себе такой уровень не является чем-то необычным, но нужно учитывать, что сочетание более высоких цен на энергию и более высоких процентных ставок может начать сдерживать экономическую активность в Европе. А Европа – главный рынок сбыта для экспорта товаров и услуг из Эстонии.
В европейской экономике застой
В последние годы экономика Европы не росла такими темпами, которые могли бы серьёзно поддержать эстонский экспорт. В первом квартале этого года рост экономики еврозоны в постоянных ценах составил 0,8%, а Европейского союза – 1,0%. В ряде крупных европейских стран рост в прошлом году был практически нулевым: Германия – 0,2%, Италия – 0,5%, Франция – 0,8%. Эстония с ростом 0,6% не была исключением.
Учитывая, что для эстонских промышленных предприятий крупнейшим экспортным рынком остаётся Финляндия, происходящее там заслуживает особого внимания. Уровень безработицы в Финляндии в марте составил 11,1%, государственный долг вырос до 250 миллиардов евро (для сравнения: у Эстонии – около 10 миллиардов евро), а рост экономики в прошлом году составил всего 0,2%. Это означает, что и у наших ближайших соседей впереди непростые решения, а быстрого восстановления внешнего спроса с этого рынка ожидать не стоит.
Несмотря на большое количество вызовов, в макроэкономической картине можно отметить и позитивные моменты. Одной из сильных сторон экономики Эстонии остаётся её финансовый баланс. Финансовое положение домохозяйств можно считать хорошим: отношение жилищных кредитов к ВВП составляет чуть более 30%, что по международным меркам не является высоким уровнем. Соотношение кредитов и депозитов также остаётся устойчивым, как и занятость.
Рынок недвижимости в последние годы не был особенно активным, но можно уверенно сказать, что он функционирует. Продажи нового жилья в Таллинне и Харьюмаа показывают скромное, но стабильное восстановление. В 2023 году было продано 970 объектов, в 2024 году – 1320, а в прошлом году – 1425. Непроданный запас нового жилья составляет около 3000 объектов.
Инвестиции требуют времени
Было бы нереалистично ожидать быстрого роста в ситуации, когда наши основные экспортные рынки сами не растут. Но при этом Эстония не должна уступать соседям. Если экономика Европы хотя бы начнёт восстанавливаться, эстонские компании должны иметь возможность воспользоваться этим. Запуск инвестиций требует времени, и часто проходит год или два, прежде чем новый инвестиционный проект действительно начинает работать. Это значит, что решение нужно принимать до того, как рост рынков станет заметен в статистике.
В этом году экономика Эстонии также получает значительную внутреннюю поддержку. По прогнозам, дефицит государственного бюджета составит 4,4% ВВП, из которых около 1,2% связаны с изменениями в системе не облагаемого налогом дохода. Эти изменения оставят потребителям примерно на 500 миллионов евро больше при тех же доходах. Это поддерживает потребление, а значит и оборот компаний. Но для более сильного запуска экономического роста потребовались бы глобальные изменения: окончание войн, нормализация цепочек поставок и начало восстановительных работ там, где многое было разрушено.
В целом это означает, что экономика Эстонии пока не находится в фазе сильного роста, но её финансовое положение в целом нельзя назвать слабым. Есть компании, у которых есть серьёзные возможности для инвестиций. И это важно. Если экономика Европы начнёт восстанавливаться, в лучшей позиции окажутся те компании, которые сумели сохранить ликвидность и принять инвестиционные решения ещё до того, как рост станет заметен в статистике. Важно трезво оценивать экономическую ситуацию и вовремя принимать правильные решения. Можно предположить, что момент, когда ликвидность действительно понадобится, ещё впереди.
